Есть ли у адвокатов право проносить в СИЗО и Исправительные колонии телефоны, фотоаппараты и ноутбуки? Нормативная база и судебная практика

Есть ли у адвокатов право проносить в СИЗО и Исправительные колонии телефоны, фотоаппараты и ноутбуки? Нормативная база и судебная практика

Несмотря на состоявшиеся ранее решения Верховного Суда РФ, сотрудники ФСИН, по прежнему ограничивают адвокатов в посещении своих подопечных, с телефоном, фотоаппаратом и ноутбуком.

Со ссылкой на уголовно-исполнительный кодекс руководство ФСИН придерживается позиции на ограничение посетителей исправительных учреждений, в том числе адвокатов.

Конституционный суд РФ еще в 2001 году указал, что доступ адвоката к подзащитному должен регулироваться федеральными законами, а не ведомственными нормативными актами.

По мнению же администрации исправительных учреждений (ИУ): на основании п.76 и п.80 правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции №205 от 3 марта 2005 года, защитникам не дозволено что-либо фотографировать, так как в исправительных учреждений находятся только личные дела осужденных. С этим солидарен и Минюст, ссылаясь на закон «об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», гласящий, что адвокат вправе фиксировать с помощью технических средств лишь «информацию, содержащуюся в материалах дела, по которому адвокат оказывает юридическую помощь». Однако, Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» (пп.1,3 п.3 ст.6), УПК РФ (ст.84, пп.1 ч.3 ст.86) закреплено право адвоката (защитника) собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, фиксировать (в том числе с помощью технических средств) информацию, содержащуюся в материалах дела, получать и представлять предметы, документы и иные сведения, к которым могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации. Конституция РФ гарантирует каждому право на получение квалифицированной юридической помощи. Этот Федеральный закон закрепляет право адвоката на использование технических средств, при оказании им правовой помощи.

Также Верховный суд РФ указал, что адвокат имеет право брать мобильный телефон в СИЗО, так как телефон, в числе прочих, — его рабочий инструмент, при помощи которого он выполняет свои профессиональные обязанности. Весомым аргументом в этом послужили: Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (подпункты 1,3 пункта 3 статьи 6), и Уголовно-процессуальный кодекс РФ (статья 84, подпункт 1 части 3 статьи 86). При этом ВС РФ признал, недействующими соответствующие пункты Правил внутреннего распорядка, указав, что только федеральным законом могут быть установлены какие-либо ограничения и запреты на пронос адвокатом в исправительные учреждения предметов и вещей для использования при свидании с осужденным в целях оказании им квалифицированной юридической помощи. Согласно Гражданско-процессуальному кодексу РФ, решение суда о признании нормативного правового акта недействующим влечет за собой утрату силы этого нормативного правового акта. Решение Верховного суда РФ вступило в законную силу, следовательно, органы ФСИН России не вправе применять пункты Правил, запрещающие адвокатам пронос на территорию ИУ технических средств.

Но на деле, на КПП исправительных учреждений по-прежнему адвокатам (защитникам) настоятельно предлагают сдавать свои мобильные телефоны и ноутбуки. Естественно защитники протестуют и ссылаются на букву закона, упоминая решение Верховного суда РФ. Но в ответ слышат от сотрудников ФСИН: нам от начальства каких-либо распоряжений на этот счет не поступало. Довольно малый процент соблюдения порядка в отдельных изоляторах имеется, в основном столичных. Просто сотрудники записывают марку и номер телефона — важно, чтобы на выходе они совладали. И все.

Среди руководства ФСИН бытует мнение, что на телефонах и ноутбуках можно перенести определенную информацию, якобы представляющую опасность и способную изменить ход дела.

Ниже приведён далеко не исчерпывающий ряд, судебной практики, по указанным вопросам.

Более подробно ознакомиться с Решением Дзержинского районного суда 2-1108/10, с Решением Верховного суда от 29.01.2008г., с Решением Верховного суда от 07.02.2012г., с Решением Верховного суда от 13.02.2013г. можно ниже:

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дзержинский районный суд в составе:

Председательствующего судьи Н. Ж. Махамбетовой

При секретаре Е.А. Вицыной

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Ш. об оспаривании действий должностных лиц ФБУИЗ-54/1 ГУФСИН России по Новосибирской области,

установил:

05 февраля 2010 года в суд поступило заявление Ш. о признании незаконными действий должностных лиц ФБУ ИЗ-54/1ГУФСИН России по Новосибирской области, выразившиеся в недопуске его на территорию СИЗО № 1 в связи с наличием у него технических средств — сотового телефона, ноутбука и возложении обязанности на администрацию ФБУ ИЗ-54/1ГУФСИН России по Новосибирской области устранить в полном объеме допущенное нарушение прав.

В своем заявлении Ш. ссылается на то, что он является адвокатом Адвокатской палаты Новосибирской области.

05 ноября 2009 он прибыл в СИЗО № 1 г. Новосибирска для проведения следственных действий с участием его подзащитного. На проходной СИЗО он предъявил удостоверение адвоката и собирался пройти на территорию, но был остановлен часовым КПП в связи с наличием у него технических средств: ноутбука и мобильного телефона. Часовой КПП потребовал сдать названные предметы.

Заявитель указал, что он пояснил часовому, что ограничение на пронос технических средств на территорию СИЗО в отношении адвокатов является незаконным; сославшись на Решение ВС РФ от 31 октября 2007 № ГКПИ07 -1188, которым признан частично недействующим п. 146 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 N 189, запрещавшим адвокатам проносить в СИЗО использоваться во время свидания техническими средствами, так как этот запрет препятствует оказанию квалифицированной юридической помощи, тем самым противоречит Конституции РФ и принципам УПК РФ. Но часовой КПП сославшись на некие «инструкции» отказалась его пропустить на территорию изолятора. Он попросил представить документы для дальнейшего обжалования действий, но получил отказ. Сотрудница изолятора вызвала по служебному телефону начальника охраны.

Прибывший на КПП сотрудник изолятора указал, что он начальник охраны и потребовал, чтобы заявитель немедленно покинул территорию СИЗО.

Заявитель ссылается на то, что он представился, предъявил удостоверение адвоката и попытался объяснить незаконность его требований. Начальник охраны ответил ему отказом и потребовал покинуть СИЗО. Он подчинился его требованиям.

Заявитель указал, что незаконное ограничение его прав адвоката привело к нарушению прав подзащитного на получение квалифицированной правовой помощи. Назначенное следственное действие было отменено.

Прокуратура НСО на его жалобу дала формальный необоснованный отказ, сославшись на п. 160 Инструкции по охране исправительных учреждений, утвержденной приказом Министерства юстиции РФ от 26 февраля 2006 № 21-ДСП «Об утверждении Инструкции по охране исправительных учреждений, следственных изоляторов уголовно¬-исполнительной системы».

По мнению Шитова Д.А. указанная ссылка необоснованна из-за того, что инструкция имеет гриф «ДСП» и не подлежит опубликованию, является ведомственным актом, не может регулировать возможность оказания квалифицированной юридической помощи адвокатом.

Шитов Д.А. заявленные требования поддержал в полном объеме и пояснил, что ни в одной инструкции нет запрета на пронос средств мобильной связи и ноутбука.

Представитель заинтересованного лица ФБУ ИЗ-54/1ГУФСИН России по Новосибирской области Кашулин С.Н. возражал против удовлетворения заявления, представил письменный отзыв (л.д.18).

В своем отзыве представитель указал, что в своих действиях инспектор охраны Меньшикова Л.А. руководствовалась Инструкцией по охране исправительных учреждений, планом охраны режимной и хозяйственной зон СИЗО-1. Она предложила Ш. вынуть из карманов металлические предметы и сдать на хранение мобильный телефон. Инструкция до настоящего времени не отменялась, является действующей.

Дополнительно представитель пояснил, что средства мобильной связи не включены в число запрещенных предметов. Адвокаты проходят со средствами мобильной связи на территорию СИЗО.

Суд, выслушав заявителя, представителя учреждения, чьи действия обжалуются, исследовав письменные материалы дела, приходит к выводу об удовлетворении заявления на основании следующего.

В соответствии с п. 1 Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 10 февраля 2009 граждане вправе в соответствии со СТ. 46 Конституции РФ и главой 25 ГПК РФ обратиться в суд за защитой своих прав и свобод с заявлением об оспаривании решений, действий (бездействий) органов государственной власти, должностных лиц в результате которых, по мнению, указанных лиц, были нарушены их права и свободы или созданы препятствия к осуществлению прав и свобод либо на них незаконно возложена какая-либо обязанность.

Согласно СТ. 256 ГПК РФ гражданин вправе обратиться в суд с заявлением в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно о нарушении его прав и свобод.

Пропуск трехмесячного срока обращения в суд с заявлением не является для суда основанием для отказа в принятии заявления. Причины пропуска срока выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании и могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявления.

В соответствии с п. 24 вышеуказанного Пленума срок обращения с заявлением в суд начинает течь с даты, следующей за днем, когда заявителю стало известно о нарушении его прав и свобод о возложении обязанности.

Как установлено из материалов дела 05 ноября 2009 Ш., являясь адвокатом по уголовному делу, прибыл в СИЗО № 1 г. Новосибирска для проведения следственных действий с участием его подзащитного, однако он не был допущен на территорию СИЗО его сотрудниками из-за наличия у него сотового телефона и переносного компьютера.

Указанные обстоятельства в судебном заседании никем оспорены не были.

Таким образом, срок для обращения в суд следует исчислять с 06 ноября 2009 года.

Соответственно заявителем срок для обращения в суд с учетом подачи жалобы 05 февраля 2010 года пропущен не был.

Судом принимается во внимание, что адвокат Ш. 09 ноября 2009 обращался в прокуратуру Новосибирской области с жалобой на действия должностных лиц СИЗО №1 Г. Новосибирска.

14 декабря 2009 Ш. был направлен ответ прокурора Новосибирской области.

Суд находит заявление Ш. обоснованным исходя из следующего.

Министерство юстиции Российской Федерации в соответствии со статьей 16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений Приказом от 14 октября 2005 г. N 189 утвердило Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы.

Правила согласованы с Генеральной прокуратурой Российской Федерации, зарегистрированы 8 ноября 2005 г., регистрационный номер 7139 и опубликованы в «Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти» N 46, 14 ноября 2005 г.

В местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статья 15 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

Федеральный закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в статье 16 предусматривает, что в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей Министерством юстиции Российской Федерации, Министерством внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службой безопасности Российской Федерации, Министерством обороны Российской Федерации по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Часть вторая статьи 16 настоящего Федерального закона устанавливает, какие вопросы должны быть урегулированы правилами внутреннего распорядка, в частности пункт 15 части второй статьи 16 регулирует порядок проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с лицами, перечисленными в статье 18 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

В соответствии с пунктом 146 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы лицам, получившим разрешения на свидания с подозреваемыми или обвиняемыми, запрещается проносить в СИЗО и пользоваться во время свидания техническими средствами связи, компьютерами, кино-, фото-, аудио-, видео- и множительной аппаратурой без разрешения начальника СИЗО или лица, его замещающего.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 2007 года признан недействующим пункт 146 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 года N 189, в части установления порядка проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с защитником, с момента вступления решения суда в законную силу.

Указанное решение вступило в законную силу 29 января 2008 года.

Конституционный Суд Российской Федерации по делу о проверке конституционности положений, содержащихся в статьях 47 и 51 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР и пункте 15 части второй статьи 16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в связи с жалобами граждан А.П. Голомидова, В.Г. Кислицина и И.В. Москвичева признал не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 48 (часть 2) и 55 (часть 3) положение пункта 15 части второй статьи 16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», допускающее регулирование конституционного права на помощь адвоката (защитника) ведомственными нормативными актами (Постановление от 25 октября 2001 г. N 14-П).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, порядок и условия предоставления обвиняемому и подозреваемому свиданий, в том числе с защитником, определяются Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», что предполагает установление в нем предписаний, обеспечивающих соблюдение вытекающих из положений статей 48 (часть 2), 71 (пункты «в», «о») И 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации требований к его нормативному содержанию.

Таким образом, установлено, что 05 ноября 2009 должностными лицами ФБУ ИЗ-54/1 ГУФСИН России по Новосибирской области были нарушены права адвоката Ш. в связи с недопущением его на территорию СИЗО № 1 г. Новосибирска из-за наличия у него технических средств — телефона сотовой связи, ноутбука.

Судом не могут быть приняты во внимание, доводы представителя ФБУ ИЗ-54/1 ГУФСИН России по Новосибирской области на то, что Решение Верховного суда не является правовой основой деятельности следственного изолятора.

В соответствии со СТ. 103 ГПК РФ с ФБУ ИЗ-54/1 ГУФСИН России по НСО следует взыскать государственную пошлину в сумме 200 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

решил:

Заявление Ш. удовлетворить.

Признать незаконными действия ФБУ ИЗ-54/1 ГУФСИН России по Новосибирской области по недопущению адвоката Ш. на территорию СИЗО № 1 г. Новосибирска в связи с наличием технических средств — телефона сотовой связи, ноутбука.

Обязать ФБУ ИЗ-54/1 ГУФСИН России по Новосибирской области устранить нарушения прав адвоката Ш.

Взыскать с ФБУ ИЗ-54/1 ГУФСИН России по Новосибирской области государственную пошлину в сумме 200 рублей.

На решение может быть подана кассационная жалоба в Новосибирский областной суд через Дзержинский районный суд г. Новосибирска в течении 10 дней.

Судья Н.Ж. Махамбетова

Подлинник решения в гражданском деле 2-1108/10 Дзержинского районного суда г. Новосибирска.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Москва дело №КАС07-730

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

«29» января 2008 г.

Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего: Федина А.И.

членов коллегии: Манохиной Г.В.

Зелепукина А.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Шухардина В.В. о признании частично недействующим пункта 146 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. №189

по кассационным жалобам прокурора Генеральной прокуратуры Томилова Д.Д. и Министерства юстиции Российской Федерации на решение Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 2007 года, которым заявление удовлетворено.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Манохиной Г.В., объяснения прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Томилова Д.Д., представителя Министерства юстиции Российской Федерации Герасимова А.Е., поддержавших доводы кассационных жалоб, Шухардина В.В., возражавшего против доводов кассационных жалоб, Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

установила:

приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. № 189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, согласованные с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (далее — Правила). Названный нормативный правовой акт согласован с Генеральной прокуратурой Российской Федерации, зарегистрирован 8 ноября 2005 г., регистрационный номер 7139 и опубликован в «Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти» №46, 14 ноября 2005 г.

Пунктом 146 Правил установлено, что получившим разрешения на свидания с подозреваемыми или обвиняемыми, запрещается проносить в СИЗО и пользоваться во время свидания техническими средствами связи, компьютерами, кино-, фото-, аудио-, видео и множительной аппаратурой без разрешения начальника СИЗО или лица, его замещающего.

Шухардин В.В. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением, в котором просит признать незаконным пункт 146 Правил в части, препятствующей защитнику пользоваться при свидании с обвиняемым в следственном изоляторе личным диктофоном и мобильным телефоном. В подтверждение требования указал, что оспариваемые им положения не соответствуют Федеральному закону «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и нарушают его права на оказание правовой помощи обвиняемому в совершении уголовного преступления.

Представители Министерства юстиции Российской Федерации и Генеральной прокуратуры Российской Федерации с заявлением Шухардина В.В. не согласились, указав, что оспариваемые положения соответствуют действующему законодательству.

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 2007 года заявление Шухардина В.В. удовлетворено. Признан недействующим пункт 146 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно¬-исполнительной системы, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 года № 189, в части установления порядка проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с защитником, с момента вступления решения суда в законную силу.

В кассационных жалобах прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации — Томилова Д.Д. и Министерства юстиции Российской Федерации поставлен вопрос об отмене судебного решения и принятии нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований. Полагают, что оспариваемые заявителем положения нормативного правового акта соответствуют действующему законодательству, а запрет на пронос и использование технических средств во время свидания с обвиняемым не регулирует порядок проведения свиданий адвоката с подзащитным и не может быть препятствием осуществления права на защиту лиц, заключенных под стражу. В данном случае оспариваемые нормы не ограничивают права адвокатов на оказание юридической помощи, поскольку использование технических средств возможно при наличии разрешения начальника следственного изолятора или его заместителя.

Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, не находит оснований к отмене решения суда по следующим основаниям.

В соответствии с частью 2 статьи 253 ГПК РФ установив, что оспариваемый нормативный правовой акт или его часть противоречит федеральному закону либо другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, суд, признает нормативный правовой акт недействующим полностью или в части со дня его принятия или иного указанного судом времени.

Суд первой инстанции на основании надлежащего анализа содержания пункта 146 Правил, обоснованно признал данную норму, в части установления порядка проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с защитником недействующей, поскольку закрепленное в ней правило ограничивает права защитника на свидание и оказание квалифицированной юридической помощи подозреваемым и обвиняемым, находящимся под стражей.

В соответствии со статьей 15 Федерального закона от 15 июля 1995 года № ЮЗ-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В силу статьи 16 названного Федерального закона в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей Министерством юстиции Российской Федерации, Министерством внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службой безопасности Российской Федерации, Министерством обороны Российской Федерации по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.

Пункт 15 части второй приведенной статьи предусматривает, что порядок проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с лицами, перечисленными в статье 18 настоящего Федерального закона, устанавливается Правилами внутреннего распорядка.

Судом установлено, что Положение пункта 146 Правил распространяется на адвокатов (защитников) и устанавливает ограничение на оказание правовой помощи подозреваемым и обвиняемым. Установление такого правила ставит в зависимость от усмотрения начальника СИЗО или лица, его замещающего, возможность свиданий подозреваемого и обвиняемого с защитником.

Признавая оспоренное заявителям положение пункта 146 Правил недействующим, суд первой инстанции обоснованно руководствовался нормами Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и правовыми позициями, изложенными в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 октября 2001 года № 14-П, и пришел к правильному выводу о том, что порядок проведения свиданий подозреваемых и обвиняемых с адвокатом, участвующим в деле в качестве защитника, устанавливаемый нормативными актами Министерства юстиции Российской Федерации, иных министерств и ведомств, вышеназванным требованиям не удовлетворяет, поскольку позволяет осуществлять регулирование (и, следовательно, создает возможность ограничения) ведомственными нормативными актами существенных элементов конституционного права пользоваться помощью адвоката (защитника), которые подлежат регулированию непосредственно в уголовно-процессуальном законе.

Довод кассационных жалоб о том, что положение оспариваемого пункта Правил не регулирует порядок проведения свиданий, в данном случае устанавливается ограничение на пронос запрещенных к использованию в СИЗО предметов, посредством которых возможно влияние на ход следствия и судебного разбирательства, и данное ограничение не является препятствием к осуществлению права адвоката (защитника) на оказание юридической помощи, не может служить поводом к отмене судебного решения, поскольку нормативные правовые акты ниже уровня федерального закона, определяя процедуру реализации указанного права, не могут ограничивать выполнение адвокатом процессуальных обязанностей защитника обстоятельствами, не перечисленными в законе.

Решение суда первой инстанции принято с соблюдением норм процессуального права и при правильном применении норм материального права, предусмотренных ст. 362 ГПК РФ оснований для его отмены в кассационном порядке не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 360, 361, 366 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 360, 361 Гражданского процессуального кодекса РФ, Кассационная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

определила:

решение Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 2007 года оставить без изменения, кассационные жалобы прокурора Генеральной прокуратуры Томилова Д.Д. и Министерства юстиции Российской Федерации — без удовлетворения.

председательствующий: Федина А.И.

членов коллегии: Манохина Г.В.

Зелепукин А.Н.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Москва Дело №ГКПИ11-2095

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«07» февраля 2012 г.

Верховный Суд Российской Федерации

в составе судьи Верховного Суда Российской

Федерации Емышевой В.А.

при секретаре Карулине И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Мохнаткина С.Е. о признании частично недействующими пунктов 76, 80 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. № 205, пункта 18 приложения № 1 к ним,

установил:

приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. № 205 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений (далее — Правила). Приказ согласован с заместителем Гёнерального прокурора Российской Федерации, зарегистрирован в Министерстве юстиции Российской Федерации 14 ноября 2005 г., № 7161, и официально опубликован в Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти 21 ноября 2005 г., № 47.

В соответствии с пунктом 76 Правил лица, прибывшие на свидание с осужденными, после разъяснения им администрацией исправительного учреждения (далее — ИУ) порядка проведения свидания, сдают запрещенные вещи на хранение до окончания свидания младшему инспектору по проведению свиданий под расписку.

Пунктом 80 Правил установлено, что пронос каких-либо продуктов или вещей лицами, прибывшими на свидание с осужденными, в комнаты краткосрочных свиданий не допускается. На длительные свидания разрешается проносить продукты питания (за исключением винно-водочных изделий и пива).

Мохнаткин С.Е. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением о признании пунктов 76, 80 Правил недействующими в части, препятствующей использование адвокатом (защитником) во время свидания с осужденным диктофона, фото- и видеоаппаратуры, не запрещенных законом и необходимых для оказания квалифицированной помощи.

Как утверждает заявитель, запрет адвокатам проносить в комнату свиданий диктофон и фото- и видеоаппаратуру означает лишение подзащитного конституционного права на получение в полном объеме квалифицированной юридической помощи, а адвоката (защитника) — возможности надлежащим образом выполнить свои профессиональные и процессуальные обязанности. Ограничения и запреты на пронос адвокатом в ИУ предметов и вещей для использования при свидании с осужденным в целях оказания им квалифицированной юридической помощи могут быть введены только федеральным законом, а не ведомственным нормативным правовым актом.

Мохнаткин С.Е. о дне слушания дела извещен надлежащим образом.

Шухардин В.В. и Однодворцев В.М., представляющие интересы Мохнаткина С.Е., поддержали заявленные требования, просили дополнительно признать частично недействующим пункт 18 приложения № 1 к Правилам по изложенным в заявлении основаниям.

Представители Министерства юстиции Российской Федерации Комарова И.В., Михайлов П.Н. заявление считают необоснованным и не подлежащим удовлетворению, ссылаясь на то, что Правила в оспариваемой части соответствуют действующему законодательству Российской Федерации и прав заявителя не нарушают.

Представитель Генеральной прокуратуры Российской Федерации Попков С.М. также считает заявленные требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению, т.к. наличие диктофона и фотоаппарата у адвоката не связано напрямую с качеством оказания юридической помощи; пронос на режимную территорию диктофона и фотоаппарата считает нецелесо¬образным ввиду того, что отнесенные к средствам связи мобильные телефоны, наличие которых у адвоката при посещении им исправительного учреждения не запрещено, в подавляющем большинстве оснащены функциями диктофона, видео-, фотокамеры.

Заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд находит заявление подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации режим в исправительных учреждениях — установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

В силу части 3 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые Министерством юстиции Российской Федерации по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации.

В соответствии с предоставленными полномочиями приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. № 205 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, регламентирующие и конкретизирующие соответствующие вопросы деятельности исправительных учреждений, в том числе порядок предоставления осужденным свиданий. Правила, как указано в пункте 2, обязательны для персонала исправительных учреждений, содержащихся в них осужденных, а также иных лиц, посещающих эти учреждения.

Как следует из статьи 89 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, законодатель, предусматривая предоставление свиданий осужденным к лишению свободы, различает, с одной стороны, свидания, которые предоставляются им в целях сохранения социально-полезных связей с родственниками и иными лицами, и с другой — свидания с адвокатами и иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи, в целях реализации осужденными конституционного права на получение квалифицированной юридической помощи, устанавливая различные условия и порядок реализации данного права в зависимости от вида свидания.

Конституционный Суд Российской Федерации, анализируя в постановлении от 25 октября 2001 г. № 14-П правовой режим свиданий с адвокатом и основываясь на положениях статей 48 (часть 2), 71 (пункты «в», «о») и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи, пришел к выводу о том, что федеральный законодатель при регулировании права на помощь адвоката (защитника), относящегося к основным правам и свободам человека и гражданина, обязан установить в уголовно¬процессуальном законе все важнейшие элементы данного права, включая условия и порядок его реализации. Исходя из этого, признал не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 48 (часть 2) и 55 (часть 3), положение пункта 15 части второй статьи 16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», допускающее регулирование конституционного права на помощь адвоката (защитника) ведомственными нормативными актами, поскольку это положение — по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, — служит основанием неправомерных ограничений данного права, ставя реализацию возможности свиданий обвиняемого (подозреваемого) с адвокатом (защитником) в зависимость от наличия специального разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело.

Ограничения, установленные пунктами 76 и 80 Правил, как видно из приведенных норм Правил и объяснений представителей заинтересованных лиц, в равной мере распространяются на всех лиц, прибывших на свидание, в том числе на адвокатов.

В Перечень включены предметы и вещи, которые необходимы адвокату для оказания осужденным квалифицированной юридической помощи.

Согласно статье 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи (часть 1). По смыслу приведенных конституционных норм и корреспондирующих им положений Международного пакта о гражданских и политических правах (подпункт «Ь» пункта 3 статьи 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод (подпункты «Ь», «с» пункта 3 статьи 6), а также конкретизирующих их норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (часть 1 статьи 16, пункт 11 части 1 статьи 53, пункт 1 части 3 статьи 86), существенным и неотъемлемым элементом права на помощь адвоката (защитника) является не только предоставление содержащемуся под стражей обвиняемому (подозреваемому) возможности непосредственного общения со своим защитником, но и возможность последнего оказать квалифицированную юридическую помощь обвиняемому (подозреваемому) всеми средствами и способами, не запрещенными законом.

Федеральным законом от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (подпункты 1, 3, 6 пункта 3 статьи 6), Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статья 84, пункт 1 части 3 статьи 86) закреплено право адвоката (защитника) собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, фиксировать (в том числе с помощью технических средств) информацию, содержащуюся в материалах дела, получать и представлять предметы, документы и иные сведения, к которым могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации. При этом не установлено запрета на получение адвокатом (защитником) при проведении свидания с осужденным сведений, зафиксированных при помощи соответствующих технических средств в материалах фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иных носителях информации. Например, сведений об имеющихся у осужденного телесных повреждениях, информации, содержащейся в документах и записях, пояснений осужденного для последующей квалифицированной подготовки его защиты и т.п.

Однако ограничения, установленные пунктами 76 и 80 Правил, в равной мере распространяются на всех лиц, прибывших на свидание, в том числе на адвокатов, что, по существу, означает лишение осужденного конституционного права на получение в полном объеме квалифицированной юридической помощи, а адвоката (защитника) — возможности надлежащим образом выполнить свои профессиональные и процессуальные обязанности, если отсутствие при свидании соответствующих предметов и технических средств, использование которых при осуществлении адвокатской деятельности не запрещено законом, препятствует получению необходимых для защиты документов и сведений.

Из изложенного следует, что оспариваемые положения Правил и Перечня в части, допускающей ограничение конституционного права на помощь адвоката (защитника), не соответствуют требованиям закона и подлежат признанию не действующими. Ограничения и запреты на пронос адвокатом (защитником) в УИ предметов и вещей для использования при свидании с осужденными в целях оказания им квалифицированной юридической помощи могут быть введены только федеральным законом, а не ведомственным нормативным правовым актом.

Довод представителя Министерства юстиции Российской Федерации о том, что адвокат может передать осужденному запрещенные предметы, суд считает несостоятельным. Право адвоката (защитника) пользоваться при свидании предметами и вещами, необходимыми ему для надлежащего выполнения своих профессиональных и процессуальных обязанностей, не означает, что он может передавать эти предметы и вещи подозреваемым и обвиняемым. В случае попытки такой передачи свидание досрочно прерывается, а адвокат (защитник) за допущенное нарушение может быть привлечен к ответственности, установленной федеральным законом (пункты 2, 79 Правил).

Вступившим в законную силу решением Верховного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2009 г. по делу № ГКПИ09-13 пункты 76, 80 Правил признаны недействующими в части, допускающей распространение положений этих пунктов на пронос и использование адвокатом (защитником) при свиданиях с осужденным средств связи. Между тем мобильные телефоны, отнесенные к средствам связи, наличие которых у адвоката при посещении им исправительного учреждения не запрещено, в большинстве оснащены функциями диктофона, видео-, фотокамеры.

При таких обстоятельствах оспариваемые положения Правил, допускающие ограничение конституционного права на помощь адвоката, не соответствуют требованиям закона и подлежат признанию недействующими в части, допускающей распространение положений этих пунктов на пронос и использование в ИУ адвокатом при свиданиях с осужденным фотоаппаратов, видео-, аудиотехники, не запрещенных законом и необходимых для оказания квалифицированной юридической помощи.

Руководствуясь статьями 194 — 199, 253 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации

решил:

заявление Мохнаткина С.Е. удовлетворить.

Признать недействующими со дня вступления решения в законную силу пункты 76, 80 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. № 205, пункт 18 приложения № 1 к ним в части, допускающей распространение положений этих пунктов на пронос и использование в исправительных учреждениях адвокатом (защитником) при свиданиях с осужденными фотоаппаратов, видео- и аудиотехники.

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение месяца после вынесения судом решения в окончательной форме.

Судья Верховного Суда Российской Федерации В.А. Емышева

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Москва Дело № АКПИ12-1763

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«13» февраля 2013 г.

Верховный Суд Российской Федерации

в составе судьи Верховного Суда Российской

Федерации Романенкова Н.С.

при секретаре Александрове В.О.

с участием прокурора Степановой Л.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Токовой И.В., Гладкова В.М., Джалалова А.А. о признании частично недействующей Инструкции по охране исправительных учреждений, следственных изоляторов, уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Министерство юстиции Российской Федерации от 15 февраля 2006 г. №21-дсп,

установил:

приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 15 февраля 2006 г. № 21-дсп утверждена Инструкция по охране исправительных учреждений, следственных изоляторов уголовно¬-исполнительной системы (далее — Инструкция).

Нормативный правовой акт прошел государственную регистрацию 26 февраля 2006 г., имеет регистрационный номер 7541.

Адвокаты Токовая И.В. и Джалалов А. А., а также гражданин Гладков В.М., выступающий в качестве защитника, обратились в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением о признании недействующей Инструкции в части, допускающей запрет на пронос и использование в исправительных учреждениях и СИЗО адвокатом (защитником) при осуществлении рабочих встреч (свиданий) с осужденными к лишению свободы средств мобильной связи, диктофона, фото- и видеоаппаратуры.

Как указывают заявители, оспариваемые положения нормативно¬правового акта не соответствуют Федеральному закону от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации, лишают адвоката (защитника) возможности надлежащим образом выполнять свои профессиональные и процессуальные обязанности.

В суде заявители Гладков В.М., также представляющий по доверенности интересы Токовой И.В., Джалалов А.А. поддержали заявленные требования и пояснили, что при посещении ими исправительных учреждений с целью проведения рабочих встреч с осужденными для консультаций и оказания юридической помощи на контрольно-пропускных пунктах часовой потребовал у них сдать имеющиеся диктофон, фотоаппарат и мобильный телефон, указав, что в противном случае не пропустят их на территорию исправительного учреждения. Они были лишены реальной возможности зафиксировать на электронные виды носителей доказательства нарушения прав осужденных, записать на диктофон их показания, изготовить фотокопии документов, хранящихся у осужденных, зафиксировать состояние здоровья, наличие телесных повреждений, внешний вид осужденных.

Представители Министерства юстиции Российской Федерации Цаплин И.С., Буторин Д.Е. возражали против удовлетворения заявленных требований и пояснили суду, что положения Инструкции не содержат запрета на пронос и использование адвокатами (защитниками) в исправительные учреждения при проведении свиданий с осужденными средств связи, фотоаппаратов, видео- и аудиотехники и не нарушают прав адвокатов на оказание квалифицированной юридической помощи данной категории граждан.

Выслушав объяснения Гладкова В.М., Джалалова А.А. представителей Минюста России Цаплина И.С., Буторина Д.Е., исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Г енеральной прокуратуры Российской Федерации Степановой Л.Е., полагавшей, что заявление подлежит удовлетворению частично, и судебные прения, Верховный Суд Российской Федерации находит заявленные требования подлежащими удовлетворению частично.

Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации предусматривает, что федеральные органы исполнительной власти вправе принимать основанные на федеральном законе нормативные правовые акты по вопросам исполнения наказаний (статья 4). В соответствии с Положением о Министерстве юстиции Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1313, Минюст России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно — правовому регулированию в установленной сфере деятельности, в том числе в сфере исполнения уголовных наказаний.

Утвержденная Минюстом России Инструкция по охране исправительных учреждений, следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы определяет порядок организации и осуществления охраны исправительных учреждений, их объектов, следственных изоляторов, осужденных и лиц, содержащихся под стражей, и имеет гриф «для служебного пользования». Согласно Положению о порядке обращения со служебной информацией ограниченного распространения в федеральных органах исполнительной власти, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 3 ноября 1994 г. № 1233, к служебной информации ограниченного распространения относится несекретная информация, касающаяся деятельности организаций, ограничения на распространение которой диктуются служебной необходимостью. Руководитель федерального органа исполнительной власти в пределах своей компетенции определяет категории должностных лиц, уполномоченных относить служебную информацию к разряду ограниченного распространения (пункты 1.2, 1.5).

В отличие от Федерального закона от 15 июля 1995 г. № ЮЗ-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», который запрещает защитнику проносить на территорию места содержания под стражей технические средства связи, а также технические средства (устройства), позволяющие осуществлять киносъемку, аудио- и видеозапись (часть первая статьи 18), Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации, регулируя порядок и условия исполнения и отбывания наказания, применение средств исправления осужденных, порядок деятельности учреждений и органов, исполняющих наказания, конкретизирует конституционные положения о праве на получение квалифицированной юридической помощи применительно к осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы (часть четвертая статьи 89).

Как следует из статьи 89 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, законодатель, предусматривая предоставление свиданий осужденным к лишению свободы, с учетом различий в правовой природе и сущности этих видов свиданий различает, с одной стороны, свидания, которые предоставляются им в целях сохранения социально-полезных связей с родственниками и иными лицами, и с другой — свидания с адвокатами и иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи.

Введенным в действие с 1 июля 2002 г. Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» предусматривается, что адвокат вправе беспрепятственно встречаться со своим доверителем наедине, в условиях, обеспечивающих конфиденциальность (в том числе в период его содержания под стражей), совершать иные действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации (статья 6). Право адвоката (защитника) собирать сведения, необходимые для оказания юридической помощи, фиксировать (в том числе с помощью технических средств) информацию, содержащуюся в материалах дела, получать и представлять предметы, документы и иные сведения, к которым могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, закреплено также в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации (статья 84, пункт 1 части 3 статьи 86).

Из содержания пункта 160 Инструкции, определяющего порядок пропуска людей через проходной коридор, следует, что часовой контрольно¬пропускного пункта, обязан убедиться в правильности предъявленных документов, выяснить у прибывшего лица, нет ли у него при себе оружия, средств мобильной связи. Если имеются средства мобильной связи, то часовой принимает их на временное хранение. Какого-либо исключения в отношении прохода адвокатов и иных лиц, имеющих право на оказание юридической помощи осужденным, и прибывших на свидание с осужденным Инструкция не содержит.

Данные положения Инструкции не учитывают требования уголовно¬исполнительного законодательства, регулирующего режим в исправительных учреждениях. В соответствии с частью третьей статьи 82 Уголовно¬исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений. Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. № 205 утверждены такие Правила, которые регламентируют и конкретизируют соответствующие вопросы деятельности исправительных колоний.

Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений согласно части 7 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации устанавливается перечень вещей и предметов, которые осужденным запрещается иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать.

Одной из составляющих комплекса мероприятий, проводимого службой охраны совместно с оперативными, режимными и другими службами учреждений, является недопущение перемещения вещей, веществ, предметов и продуктов питания, которые осужденным, подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений запрещается иметь при себе (пункт 11 Инструкции).

За передачу либо попытку передачи запрещенных предметов лицам, содержащимся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, следственных изоляторах или изоляторах временного содержания Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях устанавливает административную ответственность (статья 19.12).

Решением Верховного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2009 г. по делу ГКПИ09-13 признаны недействующими пункты 76, 80 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. № 205, в части, допускающей распространение этих пунктов на пронос и использование адвокатом (защитником) при свиданиях с осужденным средств связи.

Кроме того, имеется вступившее в законную силу решение Верховного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2012 г. по делу ГКПИ11-2095, которым признаны недействующими пункты 76, 80 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. № 205, пункт 18 приложения № 1 к Правилам в части, допускающей распространение положений этих пунктов на пронос и использование в исправительных учреждениях адвокатом (защитником) при свиданиях с сужденными фотоаппаратов, видео- и аудиотехники (определение Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г.).

Представленные заявителями суду письменные документы свидетельствуют о том, что оспариваемые положения Инструкции правоприменителем трактуются как содержащие запрет на пронос и использование адвокатом (защитником) при свиданиях с осужденным средств связи.

Суд, установив, что оспариваемый нормативный правовой акт или его часть противоречат федеральному закону либо другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, признает нормативный правовой акт недействующим полностью или в части со дня его принятия или иного указанного судом времени (часть 2 статьи 253 ГПК РФ).

Из буквального содержания пункта 160 Инструкции не следует, что оспариваемые положения содержат запрет на пронос и использование адвокатами (защитниками) при осуществлении рабочих встреч (свиданий) с осужденными диктофона, фото- и видеоаппаратуры, поэтому заявленные требования в этой части не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194, 195, 198, 253 ГПК РФ, Верховный Суд Российской Федерации

решил:

заявление Токовой И.В., Гладкова В.М., Джалалова А.А. удовлетворить частично:

признать недействующими с момента вступления в законную силу решения суда положения Инструкции по охране исправительных учреждений, следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской от 15 февраля 2006г. №21-дсп, в части предусматривающей при пропуске людей через проходной коридор часовым КПП принятие на временное хранение мобильных средств связи у адвокатов или иных лиц, имеющих право на оказание юридической помощи, при предоставлении свидания с осужденным для получения юридической помощи.

В остальной части заявленные требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течении месяца после вынесения судом решения в окончательной форме.

Судья Верховного Суда

Российской Федерации Н.С. Романенков

Таким образом, имеется достаточная правовая база, подкреплённая судебной практикой, что бы адвокаты добивались возможности проносить на встречу со своим подзащитным технические средства, необходимые для оказания полноценной, квалифицированной юридической помощи. При обращении к руководству Учреждения, такое разрешение, на пронос и использование фотоаппарата, телефона, ноутбука должно быть получено. Но в случае получения отказа, не нужно оставлять такой отказ без последствий, действия начальника Учреждения должны быть обжалованы в рамках административного искового производства (КАС РФ), так же, при защите по уголовному делу, данную ситуацию надлежит довести до суда, рассматривающего дело Вашего подзащитного, использовав это (если ситуация позволяет) как ограничение права на защиту в ходе производства по уголовному делу.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru города Новокузнецк, Кемерово